November 21st, 2018

1101.Мольтке о невероятном начале мировой войны

Существующая в России мейнстримная версия событий начала первой мировой войны не совсем соответствует реальным обстоятельствам. У нас очень большой крен в сторону мнимой виновности России, это прямо вбивают в голову. Конечно, многие освобождаются от этой антирусской мифологии, но показательно то, что им приходится производить соответствующую работу. То есть уже на некритическом уровне в молодости закладывается вредительский образ прошлого. Более реальное представление о том периоде можно было получить и в советское время, например, в фундаментальной "Истории дипломатии" Потёмкина. Но интересно, что и там некоторые ключевые сюжеты обойдены стороной. Скажем, о пародоксальном поведении кайзера в первые критические дни войны сказано явно не всё.
Gw moltke 01.jpg

Вот, как описывает происходившее начальник германского Полевого Генерального штаба, генерал-полковник Гельмут фон Мольтке (1848-1916): «1-го августа в 5 часов пополудни кайзер отдал приказ о всеобщей мобилизации. Первым днем ее было 2-е августа. Я возвращался из дворца в генеральный штаб, когда получил приказание вернуться во дворец ... Там я застал, кроме Е. В. (Его Величества – А. О.), рейхсканцлера, военного министра и еще нескольких сановников.

Рейхсканцлер, видевший главную цель своей политики в установлении добрых отношений с Англией ... был, по-видимому, приятно взволнован содержанием депеши, только что полученной от германского посла в Лондоне, князя Лихновского Е. В., кайзер - также. По сообщению депеши государственный секретарь Грей уведомил посла о готовности Англии взять на себя обязательство в том, что Франция не выступит против нас, если Германия обяжется со своей стороны не предпринимать враждебных действий против Франции. При этом я должен заметить, что Франция уже в один день с нами объявила мобилизацию, и это было нам известно … царило радостное настроение.

«Теперь нам придется вести войну только против России - сказал мне кайзер - мы просто развернемся всей армией на востоке». Я ответил Е. В., что это невозможно. Развертывание миллионной армии нельзя импровизировать, это плод нескольких лет упорной работы, и, раз установленное, оно не может быть изменено. Если Е. В. настоит на том, чтобы вести всю армию на восток, то он получит не боеспособную армию, а беспорядочную кучу вооруженных людей, лишенных продовольствия. Кайзер настаивал на своем требовании и очень рассердился; между прочим сказав мне: «Ваш дядя дал бы мне другой ответ». Это очень меня огорчило - я никогда не претендовал на талант фельдмаршала. О том, что, вторгаясь со своей армией в Россию, имея за спиной мобилизованную Францию, мы шли бы навстречу катастрофе, казалось, никто и не подумал. Как могла бы Англия - даже если предполагать, что она этого действительно желала - помешать Франции обрушиться на нас с тыла? Мое возражение, что Франция уже начала мобилизацию и что невозможно, чтобы мобилизованная Германия и мобилизованная Франция сговорились бы ничего не предпринимать друг против друга, также осталось безрезультатным. Настроение становилось все более возбужденным, а я был совсем один.


Collapse )