mikhailove (mikhailove) wrote,
mikhailove
mikhailove

Categories:

94.А.Керенский. Позиция Ллойд-Джорджа по России

Разочарованный Керенский достаточно критично описал политику Антанты по отношению к России. Так в Главе 27 "Версальская трагедия" он указывал: " В то время самым влиятельным государственным деятелем в Европе считался Ллойд Джордж, а центром политической жизни - Лондон...
     ...За стремлением Ллойд Джорджа определить отношения с экономически и политически разваленной Россией до начала мирной конференции с Германией скрывались определённые расчёты. Нет сомнений, однако, и в том, что он не остался глух к заигрываниям со стороны большевиков, которые действительно нуждались в поддержке других стран. Это в полной мере проявилось в первые дни предварительных заседаний Совета "десяти", когда обсуждалась проблема России.
     Позднее из беседы с Бернардом Барухом, который нередко выполнял личные поручения президента Соединённых Штатов, я узнал, что такие же манёвры большевистский режим предпринимал в отношении Белого дома. Оба эти факты имеют определённое историческое значение и непосредственно связаны с тайной поездкой Уильяма Буллита в Россию в начале весны 1919 года.
     Как я уже упоминал, судьба России раз и навсегда была определена Верховным Советом Антанты ("Большой пятёркой") ещё до начала мирной конференции, и когда наконец прибыла объединённая делегация деникинскоо и колчаковского правительств, её не допустили в зал заседаний. Не были приняты делегаты ни самим Советом, ни отдельными его членами.
     Россия оказалась в парадоксальном, не имевшем прецендента в истории положении.
     Она не была упомянута в перечне участников конференции на том простом основании, что не относилась к победившей стороне, ибо война завершилась уже после того, как Россия стала "нейтральной страной, заключившей мир с врагом".
     А поскольку бывшие союзники России не одержали над ней победы в войне, то упоминания её не было и в перечне побеждённых. А ведь на деле: если бы не Россия, союзникам бы вовсе никогда не одержать её.
     Союзные нации, правившие тогда миром, намеревались таким путём исключить Россию из состава великих державЮ отбросить её к границам допетровской России и изолировать от Европы цепочкой небольших независимых стран.
     Конечно же воспрепятствовать участию России в мирной конференции не составляло особого труда, но абсолютно невозможно было игнорировать её, предпринимая попытки изменить баланс сил в Европе и Азии. Законное кресло России оказалось пустым, но сама она незримо присутствовала в зале заседаний.
     На следующий день, после принятия решения о недопущении к работе конференции русской делегации, "Большая пятёрка" продолжила обсуждение "русского вопроса".
     "Россия - огромная страна, занимающая часть Восточной Европы и значительные пространства Азии, - заявил Ллойд Джордж, - и теперь, когда мы определили её судьбу, мы должны найти правительство, которое согласится с нашим решением".
     Потребовалось несколько дней жарких дебатов, прежде чем было решено, к какому правительству обратиться. Некоторые из ораторов, включая самого Ллойд Джорджа, склонялись к необходимости идти на соглашение с Москвой, другие, как, например, Клемансо, и слышать об этом не желали, настаивая на переговорах с Колчаком и Деникиным. В конце концов 22 января, когда страсти поутихли, был достигнут компромисс: все правительства де-факто на территориях, ранее входивших в состав Российской империи, будут приглашены для встречи на Принцевых островах для выработки необходимого соглашения. Нет смысла говорить, что идея созыва примирительной встречи в разгар жесточайшей гражданской войны была психологически неприемлема и политически нереальна.
      Именно эту точку зрения я и высказал на встрече в лондонском Реформ-клубе, отвечая на вопрос, почему антибольшевистская Россия (не только "белые" генералы, а все демократически мыслящие люди в стране) отказались принять "абсолютно беспристрастное решение "Большой пятёрки", а Москва с готовностью пошла на это, продемнстрировав тем самым своё желание как можно скорее восстановить мир в России.
     Вскоре, однако, стало известно, чт Москва пошла на это при непременном условии, что все англо-французские и другие союзные войска будут выведены до открытия примирительной конференции с территорий, которые они оккупировали. Такое условие было абсолютно неприемлемо для "Большой пятёрки", а потому планы созыва такой конференции были аннулированы.
     На следующий день после этого государственный секретарь США Лансинг направил в Москву Уильяма Буллита для ведения тайных переговоров с Лениным.
     Цель его миссии состояла в том, чтобы определить, возможно ли достижение соглашения между Ллойд-Джорджем и президентом Вильсоном, с одной стороны, и советским правительством - с другой, которые приведёт к modus vivendi.
    Буллит возвратился в середине марта с хорошими новостями для тех, кто ратовал за прямые переговоры с Советами. По крайней мере, так мне об этом рассказывали посвящённые в обстоятельства дела люди, что, вероятно, соответствовало истине. Однако поездка Буллита вызвала бурю в Верховном Совете и в конечном счёте обернулась ничем. Причина заключалась в том, что за месяц, пока Буллит сновал между Парижем, Москвой и Вашингтоном события развивались с такой невероятной быстротой, что ни о какой возможности переговоров с Советами уже не могло быть и речи.
     Именно в этот период заигрывания Запада с Советами неожиданно появился Коммунистический Интернационал (Коминтерн), который 2 марта 1919 г. выступил с отчаянным обращением ко всем рабочим и демобилизованным солдатам Европы дать отпор "империалистическим поджигателям войны" в лице их правительств.
      А факт вторжения Красной Армии в пределы Украины на фоне провала интеревенции Франции в поддержку украинского сепаратистского движения во главе с Петлюрой не оставил сомнений в том, что большевики вовсе не намерены считать свою революцию событием "местного значения" и придерживаться статей Брест-Литовского мира.
     К концу мая 1919 года вся Украина оказалась в руках большевиков.
     Провал французской интервенции объяснялся не тактическими ошибками французского Верховного командования, а существенными изменениями в образе мышления англичан и французов.
     Общественное мнение Франции было поглощено только внутренними проблемами, миллионы уставших от войны демобилизованных солдат с головой отдались жизни "на гражданке", не проявляя ни малейшего желания снова воевать где-то за границей во имя далёких и чуждых им идеалов.
     Ещё сильнее были такие настроения в Англии. Всё труднее стало находить добровольцев для британских экспедиционных
войск, разбросанных в то время по всему свету - от Чёрного моря до центральной Азии...
     ...Отправка войск на бывшие русские территории привела лишь к усилению эффективности коммунистической пропаганды среди демобилизованных солдат и рабочих Запада.
     Что можно было сделать? Очевидно, что покончить с воинствующим коммунизмом можно было, лишь нанеся поражение его колыбели правительство, которое действовало бы рука об руку с союзниками и получило бы их признание.
     Давление на союзников возросло после того, как в начале мая германской делегации в Париже был вручен первый проект мирного договора с Германией. Вполне понятно, что державы "Большой пятёрки" хотели разрешить русский вопрос до подписания этого договора и разрешить его в соответствии со своими международными планами.
     В конце концов после очевидного успеха наступления колчаковской армии на Москву весной 1919 года "Большая пятёрка" признала правительство Колчака.
     23 мая "Большая пятерка" единогласно утвердила текст ноты Колчаку с изложением условий признания его правительства, которая тремя днями позже была доставлена в Омск.
     Ответ адмирала Колчака прибыл в Париж 4 июня...
     ...Условия, содержавшиеся в ноте "БП", определяли внутреннюю политику правительства Колчака и характер отношений, которые оно должно установить со вновь возникшими государствами на территории бывшей Российской империи.
     Нота требовала от Колчака немедленно, по занятии Москвы, провести на основе всеобщего и тайного голосования выборы в Учредительное собрание. Если это не удастся, следует возродить тот состав Учредительного собрания, который был избран в 1917 г. Во всех районах, занятых к тому времени войсками Колчака, надлежит восстановить демократические формы правления.
     Колчак согласился со всеми пунктами касательно внутренней политики за исключением того, который предписал выборы в Учредительное собрание, подчеркнув, что он уже ранее принял решение провести выборы тотчас после уничтожения большевистской диктатуры, а также о том, что отныне и навсегда Россия будет только демократией.
     Короче говоря, его взгляды на проблемы внутренней политики, судя по всему, находились в полном согласии с точкой зрения БП и в столь же полном несогласии с убеждениями его подданных.
     В ноте далее высказывалось требование о предоставлении независимости Финляндии и Польше, о скорейшем урегулировании отношений России с Эстонией, Латвией и Литвой, а также с кавказскими и закаспийскими территориями, и отмечалось, что все разногласия по этим вопросам должны подлежать арбитражу Лиги Наций.
     Полнейшей неожиданностью явилось для меня согласие Вильсона с требованием, чтобы Колчак отказался от западных территорий бывшей Российской империи, поскольку это требование находилось в вопиющем противоречии с истинным смыслом 6-го пункта мирной программы президента. На мой взгляд, он совершил грубую ошибку, поддавшись давлению других членов БП, каждый из которых, в отличие от президента, был замешан в секретных соглашениях.
     Это условие появилось на свет в тот момент, когда из-за отказа большевиков пойти на расчленение России были прекращены Брест-Литовские переговоры.
      В тот период пункт 6 звучал определенно и однозначно. Он рассматривал Россию как единое целое, такой, какой она была на момент захвата власти большевиками, за исключением Польши, независимость которой в полном соответствии с волей общественности Россия была провозглашена Временным правительством. Независимость Польши была также признана странами Антанты и Соединёнными Штатами и поэтому вопрос о Польше президент Вильсон рассматривал отдельно, в пункте 13-м.
     Лишь много лет спустя, ознакомившись с комментариями к пункту 6, составленными по просьбе президента в сентябре 1918 г., я в полной мере осознал, что пункт 13, по существу, подразумевал признание всех территорий, отторгнутых от России в результате Брест-Литовского соглашения.
     Таким образом, своим комментарием президент Вильсон заложил под англо-французское соглашение полностью демократическое основание - право народов на самоопределение - и тем самым, быть может, не желая того, оправдывал территориальные притязания германских экстремистов в Брест-Литовске. По сути дела немцы скурпулезно осуществляли именно ту программу, которая навязывалась Колчаку в обмен на его признание.
     В своём ответе на ноту БП Колчак признал независимость Польши, которую ранее уже провозгласило Временное правительство. Для решения всех других вопросов он соглашался на арбитраж Лиги Наций, однако подчёркивал:
    "Российское правительство полагает, однако, что окончательное одобрение любых решений, сделанных от имени России, будет вынесено Учредительным собранием. Ни сегодня, ни в будущем Россия не может быть ничем иным, кроме демократического государства, в котором все должны подлежать утверждению представительного учреждения, как естественное выражение суверенитета народа".
     Следует признать, что в ответе Колчака не содержалось положений, неприемлемых для западных держав, не было в нём и ни малейшего намёка и на "русский империализм" или на желание восстановить прежнюю централизованную власть. Единственная оговорка, которую сделал Колчак, сводилась к тому, что окончательное решение всех территориальных проблем, касающихся России, должно быть утверждено свободным волеизъявлением народа, и с демократической точки зрения эта оговорка была полностью обоснованной.
    Тем не менее предстоящие переговоры между правительством России и новыми государствами при участии Лиги Наций не представляли в том период интереса для БП. Единственное, что им требовалось, это признание Колчаком новых государств и его согласие не вмешиваться в прямые отношения между державами БП и возникишими де-факто правительствами этих стран. Таких обязательств взято не было.
     На письмо Колчака последовал краткий ответ. В нём говорилось, что "Совет пяти" приветствует тональность его послания, в котором, по мнению "Совета", выражено глубокое стремление к свободе, самостоятельности и миру для русского народа".
     При помощи этой изящной дипломатической формулировки была сразу же "решена" проблема признания Колчака в качестве законного правителя России.
     Очевидно, что к власти Колчак пришёл не без помощи бывших российских союзников, но он ни в коем случае не был их наймитом, что бы о нём не говорили большевики. Он был истинным патриотом России, который твердо верил, что может возродить былую мощь отечества. Исходя из этого убеждения, он и отказался подписаться под требованиями БП, расстроив тем самым планы расчленения России
".
     В Главе 28 Керенский излагает квинтэссенцию английского официального взгляда: "17 сентября 1919 г. Ллойд Джордж выступил в палате общин с речью, в которой так обосновал свою политику всемерного ослабления России и предотвращения воображаемого вторжения русских в Индию: "Давайте реально рассмотрим наши трудности. Возьмём Балтийские государства... Потом Финляндию...Польшу...Кавказ...Грузию, Азербайджан, русских армян. Кроме того, существуют Колчак и Петлюра - всё это антибольшевистские силы. Почему же они не объединяются? Почему мы не можем их объединить? Да потому, что стоящие перед ними цели в основе своей несовместимы. Деникин и Колчак сражаются во имя достижения двух целей. Первая - уничтожение большевизма и восстановление в России нормального правительства. Во имя этого они способны найти общий язык со всеми силами, но вторая их цель - борьба за восстановление единой России. Так вот, не мне говорить вам, отвечает ли такая политика интересам Британской империи. Был у нас великий государственный деятель ... лорд Биконсфилд, который утверждал, что огромная, гигантская, колоссальная, растущая Россия, подобно леднику неумолимо движущаяся в сторону Персии и к границам Афганистана и Индии. представляет для Британской империи величайшую угрозу, какую только можно себе представить".
     Конечно, бывший Председатель Временного правительства многого не договаривает. Но общая картина складывается вполне понятная. Мировой лидер - Британия совсем не желала реальной победы "белых" генералов, хотя они и ориентировались на Антанту. Но люди смотрели вперёд. Легко предположить, что отсюда и уход чехов, и сговор Пилсудского с Лениным в решающий момент наступления Деникина на Москву, и многое другое.

Tags: английские заговоры, история, ллойд-джордж
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments