1867.Спутник патриота №8. Кто устроил голод в Поволжье
Не хотелось бы сейчас слишком увлекаться разбором советской мифологии, но по ходу дела возникла тема ответственности за голод в Поволжье. Как обычно у народа в голове каша и почти никто не знает базовых фактов собственной истории. Так причиной голода в Поволжье считают обычно засуху, гражданскую войну, всё что угодно, кроме реальной причины. Засухи в Поволжье это обычное дело, они происходили постоянно раз в несколько лет. Задолго до революции вопрос с неурожаями решили, так крупная засуха 1911 г. не привела ни к какому росту смертности.
Госпропаганда и система образования в РФ прямыми фальсификациями умудрились заморочить голову населению настолько, что до сих пор не сформировано адекватное мнение о голоде в Поволжье. Тогда как разобраться не сложно. Об этом писал ещё ведущий русский аграрник Лев Литошенко в начале 20-х: «В советской печати существует понятная тенденция относить голодовки последних лет к разряду обычных для России, неотвратимых стихийных бедствий. Это верно только отчасти. На деле между бедствием 1921 г., описанной выше натурально-хозяйственной реакцией и экономической политикой последних лет может быть установлена неопровержимая причинная связь. Она обнаруживается прежде всего поразительном совпадением территории, поражённой голодом в 1921 г., и области, бывшей главным театром принудительных отчуждений в предшествующих 1919 и 1920 гг.
Главным очагом голода является Поволжье и Приуралье в составе 12 губерний. Подсчитывая количество взятого в этих губерниях хлеба, получаем 132 млн пудов для 1919/1920 г. и 90 млн пудов для 1920/1921 г. По отношению к общей сумме хлебных заготовок за два года по всей РСФСР эти цифры составляют 44%. В 1920/1921 г., когда реквизиции на востоке были уже ослаблены, государство забрало всё же в 6 губерниях Поволжья 15% чистого сбора хлебов, полученного в 1920 г. Изъятие такого количества хлеба в течение двух лет подряд не могло не отразиться на состоянии местного хозяйства».
Основной причиной голода была советская политика. Формально первым шагом был Декрет о земле, согласно которому земли крупных хозяйств были в основном разделены между крестьянами, а производительность их была значительно выше. Голод же явно зависит о количества еды. Дальше больше, политика большевиков была основана не только на терроре и пропаганде, но и на контроле за едой. Для этого они использовали продразверстку и запретили свободную торговлю. То есть государство изымало по символическим ценам излишки у крестьян и потом перераспределяло их в своих интересах. Работало это плохо, но работало, положение, кстати, спасли мешочники, иначе города совсем бы опустели. У этой схемы был недостаток – крестьяне стали резко сокращать посевы.
«До революции общая площадь посева голодающего Поволжья составляла 10.2 млн десятин при 10.1 млн человек сельского населения. На душу населения здесь имелось, следовательно, несколько более одной десятины посева. Даже при урожае в 15 пудов с десятины своего хлеба хватило бы для прокормления семьи, а при пониженной норме потребления и с запасами прежних лет можно было обеспечить посевной материал и корм скоту. Наконец, собственные излишки у многопосевных хозяйств, излишки, несомненно получавшиеся даже при самых скудных урожаях помогали пополнить недостаток продовольственных ресурсов, не прибегая к привозу их издалека.
Сокращение посевной площади, ухудшение обработки, нивелировка размеров хозяйства и систематическое отобрание излишков должны были радикальным образом понизить естественную сопротивляемость голоду описываемых районов. Сокращение посевов достигло, как мы знаем, наибольших размеров именно в Поволжье. В 1921 г. здесь оставалось не многим более половины прежней площади. Общая площадь посева исчислялась в 5.8 млн, это составляло не более 0.55 десятины посева всех хлебов, включая технические культуры. При урожае в 15 пудов с десятины на каждого человека приходилось бы по 7.5 пудов хлеба. Этого не могло хватить даже на голодное существование. Отсутствие запасов и местных излишков увеличивали опасность.
В 1921 г. Поволжье поразила редкая по силе засуха. Урожай с десятины в среднем упал с 17 пудов ниже 10 пудов с десятины. Катастрофа разразилась. В течение зимы 1921/22 г. документально засвидетельствованы массовые случаи каннибализма. Для поверхностного наблюдения или официального оптимизма причиной бедствия служит засушливое лето нынешнего года. В действительности гибель миллионов людей была предопределена продовольственной политикой последних лет. С полудесятиной посева на душу и без всяких запасов Поволжье существовать не может. Стихийные причины стали только последней каплей, упавшей на весы судьбы несчастного края».
Руководил Наркомпродом Цюрупа, конечно, он не мог не знать к чему приведёт его политика. Помимо прочего, она приводила к восстаниям, таким как Тамбовское, но она же и помогла их погасить, потому что голодные люди не могут долго сопротивляться. Массовая гибель от голода началась с лета 1921 г., тогда же закончилась и борьба тамбовских крестьян.
Голод в Поволжье произошёл в стране, которая ранее была экспортёром зерна, в 1921-22 гг. экспорта не было, что давало большой запас для потребления. С другой стороны, Советы развалили транспорт, поэтому было сложно перебросить продовольствие из более благополучных мест. Сильно помогли США, на максимуме АРА кормила более 10 млн., без этого жертв голода было бы не 5-6 млн., а ещё больше. Памятника Герберту Гуверу в Поволжье тоже нет.
Госпропаганда и система образования в РФ прямыми фальсификациями умудрились заморочить голову населению настолько, что до сих пор не сформировано адекватное мнение о голоде в Поволжье. Тогда как разобраться не сложно. Об этом писал ещё ведущий русский аграрник Лев Литошенко в начале 20-х: «В советской печати существует понятная тенденция относить голодовки последних лет к разряду обычных для России, неотвратимых стихийных бедствий. Это верно только отчасти. На деле между бедствием 1921 г., описанной выше натурально-хозяйственной реакцией и экономической политикой последних лет может быть установлена неопровержимая причинная связь. Она обнаруживается прежде всего поразительном совпадением территории, поражённой голодом в 1921 г., и области, бывшей главным театром принудительных отчуждений в предшествующих 1919 и 1920 гг.
Главным очагом голода является Поволжье и Приуралье в составе 12 губерний. Подсчитывая количество взятого в этих губерниях хлеба, получаем 132 млн пудов для 1919/1920 г. и 90 млн пудов для 1920/1921 г. По отношению к общей сумме хлебных заготовок за два года по всей РСФСР эти цифры составляют 44%. В 1920/1921 г., когда реквизиции на востоке были уже ослаблены, государство забрало всё же в 6 губерниях Поволжья 15% чистого сбора хлебов, полученного в 1920 г. Изъятие такого количества хлеба в течение двух лет подряд не могло не отразиться на состоянии местного хозяйства».
Основной причиной голода была советская политика. Формально первым шагом был Декрет о земле, согласно которому земли крупных хозяйств были в основном разделены между крестьянами, а производительность их была значительно выше. Голод же явно зависит о количества еды. Дальше больше, политика большевиков была основана не только на терроре и пропаганде, но и на контроле за едой. Для этого они использовали продразверстку и запретили свободную торговлю. То есть государство изымало по символическим ценам излишки у крестьян и потом перераспределяло их в своих интересах. Работало это плохо, но работало, положение, кстати, спасли мешочники, иначе города совсем бы опустели. У этой схемы был недостаток – крестьяне стали резко сокращать посевы.
«До революции общая площадь посева голодающего Поволжья составляла 10.2 млн десятин при 10.1 млн человек сельского населения. На душу населения здесь имелось, следовательно, несколько более одной десятины посева. Даже при урожае в 15 пудов с десятины своего хлеба хватило бы для прокормления семьи, а при пониженной норме потребления и с запасами прежних лет можно было обеспечить посевной материал и корм скоту. Наконец, собственные излишки у многопосевных хозяйств, излишки, несомненно получавшиеся даже при самых скудных урожаях помогали пополнить недостаток продовольственных ресурсов, не прибегая к привозу их издалека.
Сокращение посевной площади, ухудшение обработки, нивелировка размеров хозяйства и систематическое отобрание излишков должны были радикальным образом понизить естественную сопротивляемость голоду описываемых районов. Сокращение посевов достигло, как мы знаем, наибольших размеров именно в Поволжье. В 1921 г. здесь оставалось не многим более половины прежней площади. Общая площадь посева исчислялась в 5.8 млн, это составляло не более 0.55 десятины посева всех хлебов, включая технические культуры. При урожае в 15 пудов с десятины на каждого человека приходилось бы по 7.5 пудов хлеба. Этого не могло хватить даже на голодное существование. Отсутствие запасов и местных излишков увеличивали опасность.
В 1921 г. Поволжье поразила редкая по силе засуха. Урожай с десятины в среднем упал с 17 пудов ниже 10 пудов с десятины. Катастрофа разразилась. В течение зимы 1921/22 г. документально засвидетельствованы массовые случаи каннибализма. Для поверхностного наблюдения или официального оптимизма причиной бедствия служит засушливое лето нынешнего года. В действительности гибель миллионов людей была предопределена продовольственной политикой последних лет. С полудесятиной посева на душу и без всяких запасов Поволжье существовать не может. Стихийные причины стали только последней каплей, упавшей на весы судьбы несчастного края».
Руководил Наркомпродом Цюрупа, конечно, он не мог не знать к чему приведёт его политика. Помимо прочего, она приводила к восстаниям, таким как Тамбовское, но она же и помогла их погасить, потому что голодные люди не могут долго сопротивляться. Массовая гибель от голода началась с лета 1921 г., тогда же закончилась и борьба тамбовских крестьян.
Голод в Поволжье произошёл в стране, которая ранее была экспортёром зерна, в 1921-22 гг. экспорта не было, что давало большой запас для потребления. С другой стороны, Советы развалили транспорт, поэтому было сложно перебросить продовольствие из более благополучных мест. Сильно помогли США, на максимуме АРА кормила более 10 млн., без этого жертв голода было бы не 5-6 млн., а ещё больше. Памятника Герберту Гуверу в Поволжье тоже нет.